Эгаш Мониж - нобелевский лауреат

За которого португальцам стыдно

Расскажу вам про второго из двух португальских Нобелевских лауреатов, про Эгаша Монижа (первый — Жозе Сарамаго). Он был как я: тоже терялся с ответом на вопрос, чем занимается. Его биографы называют это талантом.

А я считаю, что ему просто очень повезло с дядюшкой. Тот классно придумал назвать племянника так же, как последнего из рода Монижей. На случай обнаружения наследства.

Наследства не нашлось, но на медфак Коимбрского государственного у семьи денег хватило. Там Эгаш быстро понял, что на диссере по дифтерии карьеру не сделаешь, да и девчонок в морг на свидание не заманишь. Так что, поковырявшись ради приличия в теме сексуальных патологий, окончательно разочарованный в медицине, наш герой ушел в политику. Там интересней — там только что монархию свергли.

Ну как, ушел. Буквально, прогулялся до ближайшей газетной редакции.

— Я, Эгаш Мониж, — говорит, — буду вам писать разоблачительные памфлеты о монархизме!

— Вот это смело! Вот это что-то новенькое! — ответили ему в редакции и выделили целый раздел в еженедельнике и место под фото.

И так всем нравилось читать гадости о сбежавшем короле и прелести о молодой республике, что решили сделать  Эгаша депутатом парламента.

А тут вдруг война! Не эта, а еще только Первая Мировая. Трупы, ранения, ПТСР.

— Интересненько, — подумал Мониж и велел показать ему всех тех, что с травмой головы.

А там, что ни черепно-мозговая, то — песня. Теперь уж доктору стало не до политики: столько материала для работы!

— А вообще, если подумать, некоторым пара ударов по темечку даже и на пользу. Вон какие спокойные граждане получаются, — рассудил Мониж.

— Какой свежий политический подход! — обрадовались в правительстве и назначили доктора Министром Иностранных дел, Лавровым по-нашему.

Жаль, новаторы недолго правили. А то бы получился не электорат, а сказка.

Но была у министра-доктора мечта:  череп вскрыть, мозги увидеть, а пациента в процессе не укокошить. Так что вернулся он в 1922г. обратно в операционную:

— Череп вскрывать нельзя, может тогда в него чего-нибудь ввести?

— Доктор, ваш йод

— А, ну йод, так йод. Сестра, введите больному в мозг йод!

Полагаю, что как-то так и случилось изобретение ангиографии и первое номинирование, но с Нобелем тогда не вышло.

Чего не скажешь о лоботомии. По версии доктора Монижа, пациенты, которым через дырку в черепе рассекали белое вещество, должны были оставаться живыми, но очень спокойными.  Вот тут- то Нобелевский комитет не на шутку возбудился и вручил-таки доктору заветную премию.

Отдельные члены медицинского сообщества, правда, утверждали о большой спорности того открытия.

— Есть один ньюансик, — говорили они —  почти все пациенты потом превращаются в ментальных инвалидов.

Но это они просто ненавидели все португальское. Не то, что американцы Уолтер Фримен  и  Джеймс Уатт. Тем так понравилась идея лоботомии,  что они создали «лоботомобиль» и запустили рекламу:

«Просверли череп — исключи эмоции из душевных болезней!»

Всем известно, что американцы — народ душевный, поэтому уже к концу 1950-х лоботомию в США сделали порядка 50 тысяч человек. Только после этого Госдеп начал что-то подозревать. Операцию запретили, но слишком поздно — ядерный электорат Дональда Трампа был уже сформирован.

Но Эгаш Мониж , к тому времени, уже давно умер, так и не узнав, на какое будущее обрёк весь мир своим изобретением. Счастливчик.